Перевела где-то половину статьи, опуская информацию, которой мы уже владеем)). Продолжение следует.
БОНО! БОНО! Это я, Боно! Боно - здесь! Пожалуйста, Боно! Боно, это я! Боно! Эй, Боно! БОНО!
Дискотека! Сегодня ночью – вечеринка в честь выхода альбома «Joshua Tree», и огромная толпа беснующихся фанатов U2 вопит, чтобы привлечь внимание своего кумира, пока он уверенно шагает в дублинский ночной клуб. В тёмных очках и ковбойской шляпе, со стрижкой «рыбий хвост» (прим. пер. - длинные волосы сзади, заметно короче по бокам и спереди, было модно в 80-е), рок-звезда шепчет что-то на ушко своей прекрасной спутнице, прежде чем любезно остановиться раздавать автографы.
Никем не замеченный, окровавленный незваный гость задрипанного вида в рваной футболке и длинном коричневом кожаном плаще появляется в задних рядах толпы. Это бывший журналист «Hot Press» Нил МакКормик, одноклассник Боно по школе «Mount Temple», а теперь музыкант трудной судьбы, у которого за спиной череда неудач. Над правым глазом у него кровоточит глубокая рана, он кажется растерянным и сбитым с толку, но в то же время полностью поглощённым завистью к звёздному успеху своего друга. Осознав, что их карьерные пути диаметрально противоположны, он вытаскивает пистолет из кармана плаща и со злобой прицеливается певцу в голову.
И…Снято!
Главенствующий над окружающими, точно генерал армии, режиссёр Ник Хэмм кажется человеком, который точно знает, что ему нужно и как. «Слушайте, мальчики и девочки! - вещает он собравшейся толпе, – мне надо, чтобы вы держали альбомы повыше. Будем снимать минуту, а потом всё заново».
Пока у съёмочной группы короткая передышка, Хэмм, огромный внушительный человек за пятьдесят, нашёл минутку, чтобы поговорить с «Hot Press» и объяснить, что тут происходит:
«Сегодня мы снимаем сцену, в которой Нил МакКормик приходит на вечеринку в честь выхода альбома «Joshua Tree» и у него при себе пистолет. И он решает, что жизнь его ужасна, а единственное, что тут можно поделать – это пустить пулю в Боно. Но потом он, конечно, решает, что это не дело. К тому же он попал в серьёзную аварию и слегка контужен.
Несколько дублей спустя, во время следующего перерыва, к нам подошёл Бен Барнс, чтобы сказать «привет». 29-летний (прим. пер.- позор «Hot Press»

) лондонец приветствовал «Hot Press» с безупречным ирландским акцентом.
«Мне надо оставаться вроде как погруженным в акцент, пока снимаюсь, иначе он улетучится, - объясняет он. – Поначалу мне вправду казалось, что это трудно. Я пару раз занимался с преподавателем диалектов, и потом слегка запаниковал, а потом просто принял решение говорить с акцентом 6 недель. И это здорово помогло, потому что теперь, если меняют реплику или ещё что-нибудь, мне не надо к кому-то идти и спрашивать: «Как мне это произносить?», потому что я целый день так разговаривал».
Вы потусовались в Дублине для подготовки?
«Нет. Мне ужасно хотелось, но всё слишком быстро происходило. Я только что вернулся со съёмок нового фильма о Нарнии. Но к счастью, я был окружён ирландскими актёрами. В молодой группе (мы с неё начали) со мной в большинстве сцен Роберт Шиэн, который играет моего брата. И у нас были потрясающие ирландские актёры в эпизодических ролях, так что я был окружён ирландским произношением».
У Барнса реалистичная рана над правым глазом, а одежда на нём рваная и грязная.
«Как раз перед этой сценой я пытался прорваться на «Фабрику» (The Factory), где репетировал Боно, потому что он обещал, что мы сможем выступить у него на разогреве в Croke Park (прим. пер. – самый большой стадион в Ирландии), - объясняет он. - А я сказал ему по телефону, что мы не хотим, потому что у нас будет собственный концерт. Это 500 человек, а он просил нас придти и играть перед 50 тысячами. Но я так уверен в себе, и так сосредоточен на своей мечте, и увлекаю за собой своего брата, я сказал, что лучше мы будем играть для 500 своих фанатов, чем для 50 тысяч твоих.
А потом я, собственно, делаю ряд ошибок, и меня выпинывают из моей группы, я возвращаюсь в Дублин и отправляю ему такое сообщение: »Я передумал. Думаю, мы выступим у тебя на разогреве. Это была ужасная ошибка. Мне очень жаль». Так что я ищу его, чтобы он взял и наладил ситуацию, но ни один из его телохранителей не пропускает меня к нему. Поэтому я пытаюсь перелезть через ограду с колючей проволокой, чтобы добраться до него, а один охранник стаскивает меня и бросает в эту…, ну, вы знаете, кучу дерьма. Вот почему я весь в карри. Ещё он вроде как разорвал на мне футболку, поэтому я в таком виде».
Настоящий Нил Маккормик, теперь музыкальный критик в «Daily Telegraph», должен появиться сегодня на площадке в самый первый раз. Нервничает ли Барнс перед встречей с ним?